Сайт Інформаційно-бібліографічного відділу є частиною бібліотечного порталу lib.kherson.ua
Гість | Увійти
Версія для друку

Влада Дяченко

В ДАР – ВСЕМ ЛЮДЯМ

Чтобы прожить жизнь наполнено, надо научиться отдавать людям всего себя, свое сердце, свою любовь, делиться тем, что важно и дорого для тебя. Тогда это превратиться в наследие, которое не исчезнет, которое сохраниться и будет жить вместе с памятью об оставившем его человеке.
Известный библиофил, коллекционер, писатель, общественный деятель Михаил Андреевич Емельянов родился в 1923 г. на Тамбовщине в с. Савелово. С раннего детства он полюбил книги, яркие картинки и удивительные истории, которые учили жизни и воспитывали вкус. В 14 лет начал собирать книги Пушкина и через несколько лет сформировал небольшую библиотеку. Его увлечение прервала война, фронтовые годы, послевоенная разруха. Лишь в середине пятидесятых, когда Михаил Андреевич переехал в Херсон, он вновь вернулся к книге, более осмысленно и вдумчиво.
Важным событием в его жизни 60-тых годов стало знакомство с херсонским художником Г. В. Курнаковым, тонким критиком, знатоком искусства, который помог Емельянову открыть для себя мир прекрасного, расширить круг собирательских интересов. В этот период Михаил Андреевич начинает собирать произведения известных художников прошлого и настоящего, коллекционировать экслибрисы.
Свою коллекцию экслибрисов М. А. Емельянов создавал много лет, покупая каждый экземпляр как ценную антикварную вещь.
В 1965 г. совместно с библиофилом Владимиром Быстровым он опубликовал каталог «Экслибрисы херсонских книголюбов», в 1967 г. вышел в свет еще один их совместный каталог «Книжные знаки Владимира Масика», освещающий творчество одного из лучших графиков Украины. Важную часть коллекции книжного знака Михаил Андреевич унаследовал от Курнакова, также ему были переданы образцы малой графики из коллекции херсонского краеведа Сергея Щербакова.
Михаил Андреевич – давний друг литературного и художественного музеев. Он много сделал для сохранения памяти Заслуженного деятеля искусств Украины Георгия Васильевича Курнакова, творческое наследие которого практически полностью вошло в состав музейной коллекции, инициировал проведение юбилейных чтений памяти Г. В. Курнакова, выпустил в свет книгу воспоминаний о нем.
В 2003 году в канун 225-летия со дня основания города Херсона Михаил Андреевич подарил херсонским музеям свою коллекцию произведений живописи и графики, скульптуры, медальерного искусства, а также библиотеку редких книжных изданий. В литературный отдел Херсонского областного краеведческого музея были переданы уникальные издания произведений А. С. Пушкина, в частности, «Пиковая дама», иллюстрированная известным русским художником Александром Бенуа, несколько уникальных образцов «Кобзаря» Т. Г. Шевченко. В Херсонский областной художественный музей им. А. А. Шовкуненко были переданы живописные работы Георгия Курнакова, произведения херсонских художников рубежа 19-20 вв.: Брюммера, Конопацкого, рисунки Рахманова, Ремизовой-Мисс, акварели Волошина, гравюры Масика.
Спустя пять лет художественный музей получил еще один уникальный дар – коллекцию экслибрисов, которая насчитывает 650 экземпляров.
Как известно, экслибрис – это книжный знак, выполненный в технике эстампа, обозначающий принадлежность книги владельцу частной библиотеки. Его история насчитывает не одно столетие. Еще великий немецкий художник Альбрехт Дюрер делал гравюры для собирателей книг, но, безусловно, как своеобразный вид графического искусства, его начали рассматривать и изучать только в 20 веке. Любовь к книге, стремление к универсальной образованности – эти свойства были присущи целому сословию российской дворянской интеллигенции. Именно из этих кругов предреволюционного десятилетия вышли первые отечественные коллекционеры книжного знака, в числе которых Сергей Сильванский, известный в Херсоне публицист и общественный деятель, выпустивший в 1927 г. альбом «Провинциальные книжные знаки» с небольшим очерком-исследованием.
Дело Сильванского по собиранию книжного знака продолжил Георгий Васильевич Курнаков. Ему особенно доверял Сильванский. И, уезжая в Москву в начале 30-х, расставаясь с Херсоном навсегда, часть своей уникальной коллекции экслибриса он передал на постоянное хранение Курнакову. Георгий Васильевич не только сохранил, но и приумножил коллекцию книжного знака, обратив на нее, как художник и исследователь, внимание своих учеников и последователей. В числе них был и Михаил Андреевич Емельянов, ставший впоследствии бессменным председателем херсонского общества книголюбов.
Уже при первом знакомстве с коллекцией книжных знаков Емельянова в собрании Херсонского областного художественного музея им. А. А. Шовкуненко убеждаешься в важном историко-культурном и образно-тематическом потенциале экслибриса, раскрывающего остроту мысли художника, представителя своей эпохи, воплощенную в емкой и эстетичной художественной форме.
В коллекцию Емельянова вошли раритетные образцы, разработанные художниками «серебряного» века, экслибрисы ХХ века художников Германии, Англии, Прибалтики, известных советских графиков, выполненные для представителей советской интеллигенции, включая известных херсонских библиофилов и коллекционеров. Художественную ценность представляют не только уникальные отпечатки авторского тиража, но и редкие малотиражные типографские экземпляры прошлых лет, дающие возможность получить представление об авторах и художественном процессе ушедших эпох.
Среди мастеров книжной графики объединения «Мир искусства» в коллекции Емельянова находятся книжные знаки К. Сомова, А. Остроумовой-Лебедевой, Л. Пастернака, С. Чехонина, М. Добужинского. Особенно привлекают внимание два черно-белых книжных знака последнего. Они различны по эмоционально-художественной окраске: скажем, суровый дух Петропавловской крепости в экслибрисе для Ноттграфа резко контрастирует с мечтательным рыцарем в книжном знаке для Гржебина, то в приемах исполнения в обоих случаях Добужинский прибегает к черному силуэту, приему, получившему особое распространение в искусстве станковой графики на рубеже веков.
Лирический мотив лежит в основе экслибриса Анны Остроумовой-Лебедевой для С. Н. Кознакова в технике цветной ксилографии, которую в начале ХХ века возродили из небытия именно «мирискусники».
В качестве глубоких смысловых символов для книжного знака художника, писателя и библиофила Эриха Голлербаха Сергей Чехонин использует изображение жертвенника и пламени. Виртуозность и отточенность линий, высокий эстетизм изобразительных элементов характеризуют рисунки пером этого художника, некоторые из которых переводились И. Н. Павловым в ксилографические оттиски.
Блестящей техникой штриховки, повышенной экспрессией образов, авнгардистскими поисками примечательны книжные знаки художника А. Д. Силина для Лозановского, К. Березарка в технике офорта.
Большой интерес представляют традиционные, идущие от средневековья, геральдические книжные знаки начала ХХ века. Так в композиционном построении экслибриса для библиотеки профессора Археологического института Владимира Лукомского, книжного знака К. И. Дунина-Борковского присутствуют детали композиции и орнамента, соотносящиеся с польско-украинской барочной традицией.
Примечателен также и английский экслибрис начала ХХ века, в котором архаичная геральдическая композиция с изображением совы сочетается с риторической назидательностью текста. И в этом невозможно не ощутить дух старой добропорядочной Англии, любящей нравоучения и уважающей мораль.
Немецкие экслибрисы того же времени решены в стилистике модерна, культивирующей прихотливые растительные формы, криволинейные обрамления и шрифт. Таковы книжные знаки для юриста Конрада Хоффшульце, В. Фишера. Автор последнего юмористически обыгрывает фамилию заказчика, представляя его в образе рыбака. Часть немецких экслибрисов выдержано в духе средневековой учености, апеллирующей к самоуглубленности и рефлексии. Не удивителен смысловой набор изобразительных елементов: песочные часы, череп, перо и чернильница, готический шрифт надписей.
Рисунок книжного знака, созданный известным немецким художником Э.Деплером для художника-экслибриста барона Арминия Фелькерзама, прославившегося созданием книжных знаков для царской семьи в России, отличается тщательнейшей выдержанностью всех стилевых элементов, нетривиальной эффектностью подачи изобразительного мотива и шрифтовой композиции. «Стиль каролингов» с изображением святой правительницы избирает для книжного знака автор, по-видимому, намекая о глубоком интересе барона к средневековой европейской истории.
Среди советских эстампов начала 1920-тых годов можно встретить сюжетные книжные знаки в самых различных стилях и комбинациях, техниках исполнения, отличающиеся глубиной характеристики владельца, оригинальностью композиции и высокой техничностью исполнения художника. В этой связи приведем в пример книжный знак Дмитрия Митрохина для архитектора Бакланова. Набор чертежных инструментов, уложенный в обощенно трактованную композицию напоминает о конструктивистских поисках как советских архитекторов этого периода так и молодых художников-авнгардистов, с которыми был близок автор экслибриса, профеcсор полиграфического факультета ленинградского ВХУТЕМАСА.
Среди мастеров ксилографии этого времени знаменит художник Владимир Фаворский. Им в 1922 г. выполнен экслибрис для польского владельца библиотеки, историка и архивариуса, возглавлявшего городской архив Варшавы Алексея Бахульского. Примечательны также экслибрисы в этой технике Ивана Рерберга .
Крупнейший мастер советской графики Алексей Кравченко представлен в коллекции несколькими работами, в числе которых экслибрис в технике ксилографии для библиотеки Анисимова, выполненный художником по сюжету, заимствованному из старинного церковного журнала. Рисунок характеризуется повествовательным характером, своеобразием стиля, напоминая иллюстрацию к житиям святых.
Большой интерес представляют работы латышских художников-графиков 60-х годов Отто Медниса и Алексея Юпатова, сочетающих специфические возможности техники ксилографии с национальным своебразием образной трактовки, лаконичностью графического высказывания.
Важным завоеванием печатной графики ХХ века является появление и активное внедрение в художественную практику новых разновидностей высокой печати, в частности, линогравюры. Отражение этого прогрессирующего процесса можно наблюдать и на примере развития графики малых форм. Среди авторов экслибриса, отдавших свое предпочтение этой технике можно отметить Всеволода Воинова.
Обращение к теме труда и быту народа – одна из популярных тем нового советского искусства, нашедшего воплощение в плакатной графике. И здесь нельзя не отметить общие закономерности развития образно-художественной основы плаката, отличительными свойствами которого являются наглядность и доходчивость содержания, использование крупномасштабных фигур и предметов, контрастных пятен, крупного шрифта и малых форм графики. В монументальной трактовке образного строя книжного знака для Чернышева до советского плаката остается только шаг.
В разделе экслибрисов для представителей херсонской элиты разных лет следует выделить два экслибриса по ранним рисункам будущего французского кубиста Михаила Андреенко-Нечитайло для книг Сергея Сильванского. Композиция. 1915г. – это полный очарования наивный танец хрупких кукол в феерии цветов и звезд, рассыпанных дугообразным узором, словно отбивающим ритмы вальса. Тонкость и выразительность линий, гармония черно-белых пятен, детская непосредственность образной трактовки делают это произведение необыкновенно привлекательным. Экслибрис конца 1910-х г.г. с изображением старинного памятника, увенчанного фигуркой Меркурия, выполненный по рисунку 1914г., отличается глубиной философского замысла, емкостью художественного образа, мастерством графического исполнения.
В ряду авторов экслибрисов эпохи модерна выступает также Федор Зильберштейн, один из экспонентов Херсонского общества любителей изящных искусств, врач, практиковавший в Николаеве, выполнивший книжные знаки для себя и своего брата Владимира, земского врача в Херсонском уезде.
Для Георгия Курнакова привлекает внимание книжный знак с видом природы киевского художника Владимира Масика. В коллекции также представлены несколько экслибрисов для херсонских коллекционеров Михаила Емельянова, Владимира Быстрова 60-х годов.
Книжный знак – искусство, которое всегда будет ассоциироваться с интелектуальной культурой и культурой чтения книги, которая, несмотря на развитие новых информативных технологий, все равно будет востребована в будущем. А экслибрис, в большей степени, чем какой либо другой вид изобразительного творчества, сможет дать достаточно красноречивое определение своей эпохе и человеку в ней. Коллекция Михаила Емельянова, передання в дар музею, а значит городу и его жителям, запечатлит память о ее владельце на века.

Напишіть свій коментар
Ваше ім'я
E-mail (не буде опублікований)
* Текст повідомлення

Вхід